Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Нидолов Сергей

Как создают лекарства, или почему химики не варят МЕТ*?

Что я знаю о том, как производятся лекарства? Ничего!

Единственное, что рисует воображение, это станок, штампующий таблетки. Кстати, как раз к нему не пустили.

Препарат Ликопид 18 лет изготавливается отечественным химико-фармацевтическим производством «Пептек», расположенным в производственных корпусах Института биоорганической химии РАН, где собственно он и был изобретён. И за его изобретение была вручена государственная премия. За БАДы в те времена премию не вручали, к счастью!

Здание Института по замыслу архитектора должно символизировать двунитевую молекулу ДНК.

Давайте узнаем, как делают лекарства!

Внутри здания стало понятно, что оно придумано химиками и построено под их чутким руководством. Идеальное место для игры в прятки. В химии я полный ноль, о чём искренне сожалею. Исходя из этого было решено, что руководитель производства Нестерова Евгения Ивановна поддержит мой поток мыслей более грамотными комментариями.

Втайне я надеялся, что меня укусит радиоактивный паук и я приобрету суперспособности. В голове был только этот голливудский штамп. Коллектив меня встретил ироничными улыбками, на вопросы отвечая подробно. Стоит учитывать, что моё явление не было анонсировано и шла обычная работа. Хотя пытливый читатель всё равно в это не поверит, но это так.

Евгения Ивановна:

"Нашу экскурсию мы начнем с конца производства – участка готовых лекарственных средств, где выпускают Ликопид.

Для начала познакомьтесь с людьми, которые выпускают таблетки. Ольга Викторовна Чубунова, начальник участка ГЛС и Петр Андреевич Травкин, мастер этого участка.  Это их профессионализм в организации производственного процесса позволяет выпускать продукцию без единой рекламации."

А это вход на производство готовой лекарственной формы. Выпускается 1 200 000 упаковок лекарства в год. По масштабам отрасли – это  небольшое производство. Однако, для производства 12 миллионов таблеток в год требуется не намного меньше площадей,  чем для выпуска двух миллиардов таблеток в год  (не считая, конечно, разной потребности в площади складов). Дело в том, что структура и организация технологического процесса  маленького производства и большого производства не имеют особых отличий. Все требования к ним одинаковые.

Евгения Ивановна:

"Нам площадей категорически не хватает и, чтобы выполнить все требования к организации фармацевтического производства, нам приходится проявлять изобретательность и нестандартные подходы. С  2014 г.  введены новые требования – соответствия производства  международным стандартам GMP.  Мы готовимся подтвердить это соответствие. Однако, жить было бы легче, если бы Институт выделил нам дополнительные площади под производство. К сожалению, на это надежды мало."

Евгения Ивановна завела меня в тамбур производственной зоны и показала, где происходит упаковка продукции (за моей спиной)  и где находится вход в «святая святых», так называемую «чистую зону» - где изготавливают таблетки (слева от меня). Естественно, я сразу изъявил желание проникнуть за эти двери и пощупать всё своими руками. Но меня остановил строгий взгляд, слова, что «фармацевтическое производство - не место для экскурсий», и черта на полу, которую категорически нельзя пересекать, если ты не проведешь все необходимые санитарные манипуляции...  К санитарии отношение трепетное. При входе на участок под ноги постелены антисептические коврики для обеззараживания.

Мне сказали, что на участке проводится регулярная санитарная обработка по определенному регламенту: ежедневная, углубленная еженедельная и, совмещенная с дезинфекцией, генеральная. Любая бактерия - это ЧП. Поэтому ведется микробиологический мониторинг производственной среды и без получения протокола от микробиологов, что все анализы  соответствуют требованиям по микробиологической чистоте, работу в производственной зоне не начинают.

В тамбуре при входе я увидел панель постоянного мониторинга давления воздуха в помещениях, температуры и влажности. Позже мне показали в кабинете начальника участка компьютер, на дисплее которого можно дистанционно контролировать все эти параметры по помещениям «чистой зоны».

Евгения Ивановна:

"Здесь упаковщицы еще раз тщательно просматривают  блистеры с таблетками и, вместе с инструкцией, вкладывают в картонные пачки. Это потребительская тара – в таком виде покупатель в аптеке приобретает препарат. Для отправки на наши склады готовой продукции и далее на оптовые аптечные склады, упаковщицы укладывают картонные пачки в гофрокороба (транспортную тару), наклеивают на них этикетки и, в конце смены, отчитываются по проделанной работе."

На самом деле, причина столь трепетного отношения к чистоте проста и банальна. Попади вредоносная бактерия и грандиозная генеральная уборка гарантирована. Проще не допускать. Петру переодеваться не хотелось, но ради истории пришлось пойти на эту жертву.

Евгения Ивановна:

"За этой дверью вход в тамбур-шлюз для персонала, работающего в «чистой зоне». Там они снимают свою переходную одежду (вы видели ее на О. В. Чубуновой и П. А. Травкине) меняют сабо, моют руки дезраствором, надевают стерильные одноразовые комбинезоны, респиратор и перчатки. Впрочем, сами скоро увидите, как выглядит работник в «чистой зоне». Вам туда нельзя. Доступ  в зону производства  имеют только сотрудники, проходящие ежегодный специальный медицинский осмотр и имеющие личную медицинскую книжку. Полагаю, Сергей, что Вы не из их числа!" 

Петр в своей технологической одежде, стоит за красной чертой. Он готов пройти к рабочему месту!

Евгения Ивановна:

"Это сырье, необходимое для производства таблеток Ликопид. До поступления в производство это сырье было проанализировано в нашем отделе контроля качества (ОКК). Зеленая этикетка свидетельствует о том, что оно разрешено нашим ОКК в производство. На этой этикетке написано, когда проведен анализ и какой паспорт качества это подтверждает. Другое сырье сюда в принципе поступить не может.

Сырье перетарили из заводской упаковки в производственную тару и снабдили этикеткой, на которой нанесены все данные об этом сырье (название, номер партии, производитель и поставщик, когда произведено, срок годности, когда и сколько получено, количество.) Закрепленные на стеллажах бумаги – это стеллажные карты. По ним ведется строгий учет расходования данного сырья. Зеленая этикетка также подтверждает, что данное сырье разрешено для применения в производстве."

Ликопид лекарство не из дешёвых, оно усиливает естественный иммунитет организма. Мне пытались объяснить научно механизм действия препарата, используя слова глюкозаминилмурамилдипептид, пептидогликан, мурамилпептиды и прочая активацией нуклеарного фактора NF- и выработкой ряда ключевых цитокинов — ИЛ-1, ИЛ-6, ИЛ-12, ФНО-α, интерферон-гамма, колониестимулирующих факторов...

К стыду своему, мало что понял.

Кто понимает, то научное объяснение по ссылке. В моей голове уложилось следующее понимание о данном препарате:

Иммунитет - это оборона организма от постоянной агрессии вредоносных организмов (болезней). Приняв ликопид ваши войска (фагоциты) вместо луков и стрел получают автоматы и, естественно, сопротивление идёт веселее.

Евгения Ивановна:

"По своему статусу мы могли бы выпускать и Бады. Но, БАД – не лекарство и наши небольшие мощности мы используем только на выпуск лекарственных средств, хорошо проверенных на эффективность и безопасность, чего не скажешь о БАДах."

Производство - высшая лига предпринимателей. Белая кость, голубая кровь, а в российских реалиях просто суперлюди. Можно выкачивать углеводороды из земли и продавать, можно закончить курсы МБА и заняться консалтингом, можно открыть ларёк. Но всё это пыль.

Произвести рентабельный продукт пользующийся спросом. Создать и продать... Производитель - это стержень экономики. У хорошего руководителя государства производители "висят" в кабинете, в золотых рамочках, и всячески оберегаются. Государственная система власти опекает их интересы, помогает льготными кредитами, защищает интересы на международном уровне. НО, вернёмся в реальность!

Евгения Ивановна:

"Все, что нужно для производства таблеток, взвешивают здесь на этих весах. Ольга Викторовна держит отвод специального промышленного пылесоса – аспиратора, защищающего работника от пыли взвешиваемых веществ. Такие местные отсосы промышленной пыли установлены у всех наших аппаратов производства таблеток. Да и сама она защищена противогазом от вдыхания пылящих веществ. Производство любых лекарств относится к вредным производствам."

Если после приёма препарата поднялась температура и "ломает кости", бегите в больницу, у вас наверняка хламидиоз или ещё что похуже. В одной таблетке и диагностика и профилактика.

Интернет полон негативных отзывов о препарате! Сами почитайте. При этом все жалобы одного характера. Положительных отзывов гораздо больше, и это не благодаря стараниями отдела маркетинга "Пептек". Нет у "Пептек" средств на столь агрессивную рекламную политику, да и отдела маркетинга нет. Отдельно просили повторить, что Ликопид - ЭТО НЕ БАД, а рецептурное лекарство. Но если приобрели и приняли, и вам плохо - это верный знак, что надо пройти комплексное обследование. Это не побочный эффект, это иммунитет усилился и добрался до скрытых очагов болезней, в таком случае к лечению надо подходить серьёзно!!!

Иначе будет совсем грустно...

Евгения Ивановна:

"В этом аппарате мы смешиваем все необходимые ингредиенты таблеток. Называется он смеситель-гранулятор."

ЭТО ВАЖНО!

Ликопид 10 мг (стоимость от 900 руб. в аптеке) - это взрослая дозировка, а ликопид 1мг (200 руб) - это детская! 1мг и для детей и для взрослых, а 10 используется при наличии отягощенных форм болезней, таких, как тяжелая форма герпеса, псориаза, туберкулеза и т.д. Отсюда и пишут, что препарат дорогой, а вам 10мг скорее всего вовсе и не надо!

Евгения Ивановна:

"Позади Петра другой аппарат – гранулятор сухого гранулирования."

Расширение площадей давняя мечта коллектива. Планировали переезд под Тверь, подготовили промплощадку. НО, как по волшебству, в промышленной зоне вырос многоэтажный жилой дом. Мы-то с вами понимаем, что это за волшебство. В результате Тверь лишилась рабочих мест и источника налогов, зато есть дом!

Евгения Ивановна:

"Давайте посмотрим, как получают ГМДП (глюкозаминилмурамилдипептид - собственно, Ликопид) и пройдем на участок активных фармацевтических субстанций. Познакомьтесь с начальником участка  - Добрушкиной Еленой Павловной и мастером участка – Алексеем Бесоловым."

Расширение производства цель достижимая, не смотря на трудности. Но есть мечта, международная сертфикиция препаратов и, таким образом, выход на международный рынок. Без господдержки это не реально, и очень дорого бодаться маленькой компании с транснациональными корпорациями. В современных политических реалиях мечта становится несбыточной.

Евгения Ивановна:

"Мы работаем над новыми лекарственными формами нашего препарата, а мечтаем, конечно, о нормальных условиях для расширения производственной базы. Вот, как выглядит химическое отделение."

Я надеюсь, что пептековцы справятся с нынешней ситуацией. Иначе мы потеряем инновационное, конкурентноспособное предприятие. Потеряем знающих людей, потеряем рабочие места, потеряем налоги и соц. выплаты. А иммуномодуляторы будем закупать не по 200 рублей, как сейчас, а по 2 000$, как стоят их аналоги за рубежом. Почувствуйте разницу.

Евгения Ивановна:

"Производство ГМДП – это сложная пептидная химия, плюс высокотехнологичные методы выделения и очистки промежуточных и конечных продуктов, плюс тщательная защита от микробной контаминации в специальных локальных «чистых» зонах, плюс автоматизация процессов."

Евгения Ивановна:

"Практически всё закупаемое нами сырье, как для производства ГМДП, так и для производства таблеток – импортное, от авторитетных мировых производителей химического фармацевтического сырья. Отечественное сырье нужной квалификации для нашего производства в стране не выпускают. Хотя могут, но, как всегда, нужна государственная поддержка."


Евгения Ивановна:

"Экскурсия  была бы не полной, если бы я не познакомила с отделом контроля качества (ОКК). Без него не может быть фармпредприятия.

Юрий Юрьевич Хомяков и его сотрудники проводят входной контроль сырья и материалов, постадийный контроль производства на всех его этапах и контроль качества готовой продукции, а также разрабатывают фармакопейную документацию и совершенствуют методы анализа в соответствии с современными требованиями."

Постоянно ставился акцент, что всё последнее и современное, и доставались документы подтверждающие это. Мне явно не доверяли, а оборудованием гордились.

Евгения Ивановна:

"Наш ОКК хорошо оснащен необходимыми приборами. Приборный парк современный и приобретается у ведущих производителей соответствующего оборудования."

Прибор для определения растворимости таблеток

Климатическая камера

Ход всех технологических операций сразу документируется в производственных протоколах!

Евгения Ивановна, почему химия?

Евгения Ивановна:

"Химией увлекалась со школы.

Я оканчивала Московский химико-технологический институт им. Менделеева, там же защищала кандидатскую диссертацию. Практическую школу создания и промышленного производства лекарственных средств  впервые прошла работая в Институте биофизики МЗ тогда еще СССР, где работала достаточно долгий период своей жизни и считаю ее своей высшей школой.

Вообще же в нашей профессии учеба никогда не заканчивается. Как и врачи, мы постоянно учимся на курсах повышения квалификации, подтверждаем свою компетентность. Много дали поездки на зарубежные фармацевтические предприятия."

Для производства лекарств есть всё: коллектив, научные исследования, патенты, организация... помещения нет. Я слышал, что помещения у Института есть и родному институту готовы платить аренду. Но почему-то руководство Института биоорганической химии отказывает в нескольких комнатах огромного здания. Есть робкая надежда, что удастся договориться и производство уникального препарата не пострадает. Будем надеяться!

Всё хорошо.

Есть планы, есть рынок, есть потенциал, есть возможности, есть крепкая команда. Однако, очень сложные условия в нашей стране для отечественного производителя. Это великая загадка: "Почему государство не поддерживает наших?!". Раньше это вызывало раздражение, теперь только любопытство. Казалось бы, отличное изобретение, есть налаженное производство, но пока для наших фармакологов всё складывается печально. Многочисленные проверки государственных служб, выматывающие нервы, нехватка площадей, беспощадная конкуренция со стороны международных фармакологических концернов, у которых возможностей априори больше. Это всё обычная реальность для русского фармацевта.

Аптеки на 3/4 забиты плацебо-хламом. Хлам активно продаётся и покупается. На хлам есть спрос. Аптек больше, чем гастрономов. А теперь, ради эксперимента, зайдите в любую и спросите ликопид.
Наша отечественная разработка, отличное профилактическое средство, недорогое, 18 лет производится, протестировано и изучено. Но всё, как всегда...

Остаётся надеяться, что ситуация изменится. Хочется жить и работать для людей, а не выживать.

Лечитесь правильно!

Десятки фотографий которые не влезли в формат блога.


Спасибо руководству ЗАО "Пептек" и за лекарства, и за понимание.


P.S.
Так почему химики не варят МЕТ? Да потому что умеют создавать лекарства!

*МЕТ — Метамфетамин (на сленге: мет, meth, лёд, кристалл, тина, заводка)  производное амфетамина, белое кристаллическое вещество. C10H15N, использующееся в форме гидрохлорида, как наркотик, ещё более стимулирующий, чем амфетамин.
Основная фабула сценария популярного американского телесериала «Во все тяжкие» (англ. Breaking Bad)

P. P. S.

Ликопид - это не БАД!

Нидолов Сергей

Выжить в ядерном апокалипсисе: Лучевая болезнь

Лечение лучевой болезни удел профессионалов от военной медицины и токсикологии. Не пытайтесь заниматься самолечением. Данная информация предоставлена в образовательных целях.

1. Препараты, связывающие изотопы в кишечнике:
Сульфат Бария - 200 мл внутрь (связывает стронций и радий)
Соли алюминия и магния (Маалокс) - 100 мл внутрь (связвает стронций, радий и фосфор)
Активрованный уголь 50-100 г внутрь

2. Блокирование поступления изотопов в органы
Калия Йодид - 130 мг внутрь (максимальная доза в сутки) (блокирует поступление йода и технеция в щитовидную железу)
Глюконат кальция 3гр в/в (уменьшает поступление в кости и выводит с мочой стронций и кальций)
Хлорид кальция 1гр в/в (уменьшает поступление в кости и выводит с мочой стронций и кальций)

3. "Разбавление"
5-10 литров воды (чистой!) внутрь в день в течении недели

4. Хелация
Пеницилламин 250-500 мг 4 раза в день внутрь (связывает кобальт)
Пентетат тринатриевая соль 1 гр на 250 мл физ раствора в/в (связывает америкум, уран, плутоний и другие тяжелые металы)
"Берлинская лазурь" 3гр внутрь 3 раза в день в течение месяца (связывает цезий и талий)

5. Снижение повреждения внутренних органов
Бикарбонат натрия 2 милиэкв/кг в/в в сутки, затем 44,6 милиэкв на 1 л физ раствора для поддержания pH мочи 6,5-7,5.

Соотношение поглощенной дозы и клинической картины.

3 гр - облысение.
6 гр - ожоги.
10-15 гр - сухое отслаивание кожи.
20-50 гр - влажное отслаивание кожи.
50 гр и более - изъязвление кожи и некроз.

Продолжение ...




Нидолов Сергей

Как создают лекарства?

Что я знаю о том как производятся лекарства? Ничего!

Единственное что рисовало воображение, это станок штампующий таблетки, кстати, как раз к нему не пустили.  Препарат Ликопид 18 лет изготавливается отечественным  химико-фармацевтическим производством «Пептек», расположенным в производственных корпусах  Института биоорганической химии РАН,  где собственно  он  и был изобретён, и за его изобретение была вручена государственная премия. За БАДы в те времена премию не вручали, к счастью!

Здание Института по замыслу архитектора должно символизировать  двунитевую молекулу ДНК.

Давайте узнаем как делают лекарства!

Внутри здания стало понятно что оно придумано химиками, и построено под их чутким руководством. Идеальное место для игры в прятки. В химии я полный ноль, о чём искренне сожалею. Исходя из это было решено что руководитель производства Нестерова Евгения Ивановна поддержит мой поток мыслей, более грамотными комментариями.

Втайне я надеялся что меня укусит радиоактивный паук и я приобрету суперспособности. В голове был только этот голливудский штамп. Коллектив меня встретил ироничными улыбками, на вопросы отвечая подробно. Стоит учитывать что моё явление не было анонсировано и шла обычная работа. Хотя пытливый читатель всё равно в это не поверит, но это так.

Евгения Ивановна:

Нашу экскурсию мы начнем  с конца  производства – участка готовых лекарственных средств, где выпускают таблетки Ликопид.

Для начала познакомьтесь с людьми, которые выпускают Ликопид .  Ольга Викторовна Чубунова , начальник участка ГЛС и Петр Андреевич Травкин , мастер этого участка.  Это их  профессионализм в организации производственного процесса  позволяет  выпускать продукцию без единой рекламации.

А это  вход на производство готовой лекарственной формы. Выпускается 1 200 000 упаковок лекарства в год. По масштабам отрасли – это  небольшое производство. Однако, для производства  12  миллионов таблеток в год требуется  не намного меньше площадей ,  чем для выпуска двух миллиардов  таблеток в год  (не считая, конечно,  разной  потребности в площади складов). Дело в том, что структура и организация технологического процесса  маленького производства и большого  производства не имеют особых отличий. Все требования к ним одинаковые.

Евгения Ивановна:

Нам  площадей категорически не хватает и  чтобы выполнить все требования к организации фармацевтического производства нам приходится  проявлять изобретательность и нестандартные подходы.   С  2014 г  введены новые требования – соответствия производства   международным стандартам GMP .  Мы готовимся подтвердить это соответствие. Однако, жить было бы легче, если бы  Институт выделил нам дополнительные  площади под производство. К сожалению,  на это надежды мало.

Евгения Ивановна завела меня в тамбур производственной зоны  и показала где происходит упаковка продукции ( за моей спиной)  и где находится вход в «святая святых», так называемую «чистую зону» - где изготавливают таблетки ( слева от меня).  Естественно,  я сразу изъявил желание проникнуть за эти двери, и пощупать всё своими руками.  Но меня остановил строгий взгляд, слова, что «фармацевтическое производство- не место для экскурсий» и черта на полу, которую категорически нельзя пересекать, если ты не проведешь все необходимые санитарные манипуляции.. К санитарии отношение трепетное. При входе на участок под ноги постелены антисептические коврики для обеззараживания. .

Мне сказали, что  на участке проводится  регулярная санитарная обработка по определенному регламенту: ежедневная, углубленная еженедельная и , совмещенная с дезинфекцией,  генеральная.. Любая бактерия это ЧП. Поэтому  ведется микробиологический  мониторинг производственной среды и без получения   протокола от микробиологов, что все анализы  соответствуют  требованиям по микробиологической чистоте, работу в производственной зоне не начинают.

В тамбуре  при входе  я увидел  панель постоянного мониторинга   давления воздуха в помещениях, температуры и  влажности. Позже мне показали в кабинете  начальника участка компьютер, на дисплее которого можно дистанционно контролировать все эти параметры по помещениям «чистой зоны».

Евгения Ивановна:

Здесь упаковщицы еще раз тщательно просматривают  блистеры с таблетками и, вместе с инструкцией,  вкладывают  в картонные пачки. Это потребительская тара – в таком виде покупатель в аптеке приобретает препарат. Для отправки  на  наши склады готовой продукции  и  далее на оптовые  аптечные склады, упаковщицы укладывают картонные пачки в гофрокороба ( транспортную тару), наклеивают на них этикетки и, в конце смены, отчитываются по проделанной работе.

На самом деле причина столь трепетного отношения к чистоте проста и банальна. Попади вредоносная бактерия и грандиозная генеральная уборка гарантирована. Проще не допускать. Петру переодеваться не хотелось, но ради истории пришлось пойти на эту жертву.

Евгения Ивановна:

За этой дверью вход тамбур-шлюз для персонала, работающего в «чистой зоне». Там они снимают   свою переходную одежду ( вы видели ее на О.В.Чубуновой и П.А. Травкине) меняют сабо, моют руки дезраствором, одевают стерильные одноразовые комбинезоны,  респиратор и перчатки. Впрочем, сами скоро увидите как  выглядит работник в «чистой зоне». Вам туда нельзя. Доступ  в зону  производства  имеют только сотрудники, проходящие  ежегодный  специальный медицинский  осмотр и имеющие личную медицинскую книжку. Полагаю, Сергей, что Вы не из их числа!

Петр в своей технологической одежде, стоит за красной чертой. Он готов пройти к рабочему месту!

Евгения Ивановна:

Это сырье, необходимое для производства таблеток Ликопид. До поступления  в производство это сырье было проанализировано в нашем отделе контроля качества (ОКК) Зеленая этикетка свидетельствует о том, что оно разрешено нашим ОКК   в производство. На этой этикетке написано когда проведен анализ  и какой паспорт качества это подтверждает. Другое  сырье сюда в принципе поступить не может.

Сырье  перетарили из заводской упаковки в производственную  тару и снабдили этикеткой,  на которой нанесены все данные об этом сырье ( название, номер партии, производитель и поставщик, когда произведено, срок годности, когда и сколько получено, количество.) Закрепленные на стеллажах бумаги – это стеллажные карты. По ним ведется строгий учет расходования данного сырья. Зеленая этикетка также подтверждает, что данное сырье разрешено для применения в производстве.

Ликопид лекарство не из дешёвых, оно усиливает естественный иммунитет организма. Мне пытались объяснить научно, механизм действия препарата, используя слова глюкозаминилмурамилдипептид, пептидогликан, мурамилпептиды и прочая активацией нуклеарного фактора NF- и выработкой ряда ключевых цитокинов — ИЛ-1, ИЛ-6, ИЛ-12, ФНО-α, интерферон-гамма, колониестимулирующих факторов.

К стыду своему мало что понял.

Кто понимает то научное объяснение по ссылке. В моей голове уложилось следующее понимание о данном препарате:

Иммунитет это оборона организма от постоянной агрессии вредоносных организмов (болезней). Приняв ликопид ваши войска (фагоциты) вместо луков и стрел, получают автоматы, и естественно сопротивление идёт веселее.

Евгения Ивановна:

По своему статусу мы могли бы выпускать и Бады. Но, БАД – не лекарство и наши небольшие мощности мы используем только на выпуск лекарственных средств, хорошо проверенных на эффективность и безопасность, чего не скажешь о БАДах.

Производство - высшая лига предпринимателей. Белая кость, голубая кровь, а в российских реалиях просто суперлюди. Можно выкачивать углеводороды из земли и продавать, можно закончить курсы МБА и заняться консалтингом, можно открыть ларёк. Но всё это пыль.

Произвести рентабельный продукт пользующийся спросом. Создать и продать. Производитель это стержень экономики. У хорошего руководителя государства, производители висят в кабинете, в золотых рамочках и всячески оберегаются. Государственная система власти опекает их интересы, помогает льготными кредитами, защищает интересы на международном уровне. НО вернёмся в реальность!

Евгения Ивановна:

Все что нужно для производства таблеток  взвешивают здесь на этих весах. Ольга Викторовна держит  отвод специального  промышленного  пылесоса – аспиратора,  защищающего работника от пыли взвешиваемых веществ. Такие местные отсосы промышленной пыли установлены у всех наших  аппаратов производства таблеток. Да и сама она  защищена противогазом от  вдыхания  пылящих веществ. Производство любых лекарств относится к вредным производствам.

Если после приёма препарата поднялась температура и "ломает кости", бегите в больницу у вас наверняка хламидиоз или ещё что похуже. В одной таблетке и диагностика, и профилактика.

Интернет полон негативных отзывов о препарате! Сами почитайте. При этом все жалобы одного характера. Положительных отзывов гораздо больше, и это не благодаря стараниями отдела маркетинга "Пептек". Нет у "Пептек" средств на столь агрессивную рекламную политику, да и отдела маркетинга нет. Отдельно просили повторить, что Ликопид - ЭТО НЕ БАД, а рецептурное лекарство.  Но если приобрели и приняли, и вам плохо это верный знак что надо пройти комплексное обследование. Это не побочный эффект, это иммунитет усилился и добрался до скрытых очагов болезней, в таком случае к лечению надо подходить серьёзно!!!

Иначе будет совсем грустно...

Евгения Ивановна:

В этом аппарате мы смешиваем все необходимые  ингредиенты таблеток. Называется он смеситель-гранулятор

ЭТО ВАЖНО!

Ликопид 10 мг( стоимость от 900 руб в аптеке) -это взрослая дозировка, а ликопид 1мг (200 руб) -это детская! 1мг и для детей и для взрослых, а 10 используется при наличии отягощенных форм болезней, таких как тяжелая форма герпеса, псориаза, туберкулеза и т.д. Отсюда и пишут, что препарат дорогой, а вам 10мг скорее всего вовсе  и не надо!

Евгения Ивановна:

Сзади Петра другой аппарат – гранулятор сухого гранулирования

Расширение площадей давняя мечта коллектива. Планировали переезд под Тверь, подготовили промплощадку. НО как по волшебству в промышленной зоне вырос многоэтажный жилой дом. Мы то с вами понимаем что это за волшебство. В результате Тверь лишилась рабочих мест и источника налогов, зато есть дом!

Евгения Ивановна:

Давайте  посмотрим, как  получают ГМДП  и пройдем на участок активных фармацевтических субстанций. Познакомьтесь с начальником участка  - Добрушкиной Еленой Павловной и мастером участка – Алексеем Бесоловым

Расширение производства цель достижимая, не смотря на трудности. Но есть мечта, международная сертфикиция препаратов и таким образом выход на международный рынок. Без господдержки это не реально, и очень дорого бодаться маленькой компании с транснациональными корпарациями. В современных политических реалиях мечта становится несбыточной.

Евгения Ивановна:

Мы  работаем над новыми лекарственными формами  нашего препарата, а мечтаем, конечно, о  нормальных условиях для  расширения производственной базы. Вот как выглядят химическое отделение:

Я надеюсь что пептековцы справятся с нынешней ситуацией. Иначе мы потеряем инновационное, конкурентоспособное предприятие. Потеряем знающих людей, потеряем рабочие места, потеряем налоги и соц. выплаты. А иммуномодуляторы будем закупать не по 200 рублей как сейчас, а по 2 000$ как стоят их аналоги за рубежом. Почувствуйте разницу.

Евгения Ивановна:

Производство ГМДП – это сложная пептидная химия плюс высокотехнологичные методы выделения и очистки промежуточных и конечных продуктов плюс  тщательная защита от микробной контаминации в специальных локальных  «чистых» зонах плюс автоматизация процессов.

Евгения Ивановна:

Практически все закупаемое нами сырье как для производства ГМДП, так и для производства таблеток – импортное, от авторитетных мировых производителей,   соответственно,  химического фармацевтического и сырья. Отечественное сырье  нужной квалификации  для нашего производства в стране  не выпускают. Хотя могут, но как всегда нужна государственная поддержка.


Евгения Ивановна:

Экскурсия  была бы не полной, если бы я не познакомила с отделом контроля качества (ОКК). Без него не может быть фармпредприятия.

Юрий Юрьевич Хомяков и его сотрудники  проводят входной контроль сырья и материалов,   постадийный контроль производства на всех его этапах и контроль качества готовой продукции, а также разрабатывают фармакопейную документацию  и совершенствуют  методы анализа в соответствии с современными требованиями.

Постоянно ставился акцент, что всё последнее и современное, и доставались документы подтверждающие это. Мне явно не доверяли, а оборудованием гордились.

Евгения Ивановна:

Наш ОКК хорошо  оснащен необходимыми приборами. Приборный парк  современный и приобретается   у ведущих производителей соответствующего оборудования.

Прибор для определения растворимости таблеток

Климатическая камера

Ход  всех  технологических  операций  сразу документируется    в   производственных протоколах!

Евгения Ивановна, почему химия?

Евгения Ивановна:

Химией увлекалась со школы.

Я оканчивала Московский химико-технологический институт им. Менделеева, там же защищала кандидатскую диссертацию.  Практическую  школу создания и промышленного производства лекарственных средств   впервые прошла, работая в Институте биофизики МЗ тогда еще СССР, где работала достаточно долгий период своей жизни и считаю ее своей высшей школой.

Вообще же в нашей профессии учеба никогда не заканчивается. Как и врачи, мы постоянно учимся на курсах повышения квалификации, подтверждаем свою компетентность. Много дали  поездки на зарубежные фармацевтические предприятия.

Для производства лекарств есть всё, коллектив, научные исследования, патенты, организация....помещения нет. Я слышал что помещения у Института есть и родному институту готовы платить аренду. Но почему то руководство Института биоорганической химии отказывает в нескольких комнатах огромного здания. Есть робкая надежда что удастся договорится и производство уникального препарата не пострадает. Будем надеяться!

Всё хорошо.

Есть планы, есть рынок, есть потенциал, есть возможности есть крепкая команда. Однако очень сложные условия в нашей стране для отечественного производителя. Это великая загадка "Почему государство не поддерживает наших?!". Раньше это вызывало раздражение, теперь только любопытство. Казалось бы отличное изобретение, есть налаженное производство, но пока для наших фармакологов всё складывается печально. Многочисленные проверки государственных служб выматывающие нервы, нехватка площадей, беспощадная конкуренция со стороны международных фармокологических концернов у которых возможностей априори больше. Это всё обычная реальность для русского фармацевта.

Аптеки на 3/4 забиты плацебо-хламом. Хлам активно продаётся и покупается. На хлам есть спрос. Аптек больше чем гастрономов. А теперь ради эксперимента зайдите в любую и спросите ликопид.
Наша отечественная разработка, отличное профилактическое средство, недорогое, 18 лет производится, протестировано и изучено. Но всё как всегда...

Остаётся надеяться что ситуация изменится. Хочется жить и работать для людей, а не выживать.

Лечитесь правильно!

P.S.
Так почему химики не варят МЕТ? Да потому что умеют создавать лекарства!

Туберкулезная больница Ижевска на грани кризиса

В реаниматорском отделении республиканской туберкулезной больницы Удмуртии одноразовые перчатки используют по несколько раз. Врача, который рассказал нам о состоянии дел в больнице через несколько дней уволили.



В России 85% людей, умирающих от инфекционных и паразитарных заболеваний – умирают от туберкулеза. В Удмуртии уровень заболеваемости в 1,3 раза выше, чем в среднем по России, и в 1,5 раза выше, чем в Приволжском федеральном округе. Ситуация близка к критической. У чиновников на туберкулез не хватает денег. Больницы недофинансируются.


И на этом фоне разворачивается жесткий конфликт в руководстве РКТБ. В конце прошлого года главврач больницы Елена Волкова написала несколько писем в адрес Президента Удмуртии Александра Волкова, Президента России Дмитрия Медведева, премьер-министра России Владимира Путина, потребовав от чиновников увеличить финансирование.


Из письма: «В соответствии с бюджетной росписью на 2011 год ГУЗ РКТБ МЗ УР по статье «Медикаменты и перевязочные средства» предусмотрены бюджетные ассигнования в сумме 9 млн 707 тыс. рублей, что составляет 3,9% от необходимой потребности».


Денег не дали. Последнее письмо  она отправила в адрес Дмитрия Медведева 18 ноября. Уже 14 декабря ее уволили без объяснения причин.


Елена Волкова судилась с Минздравом больше полугода. И 16 августа суд вынес решение о восстановлении ее на рабочем месте. Но уже в тот день, когда судья принял решение, Елена Волкова догадывалась, что в Минздраве так просто кресло ей не отдадут.


На свой первый рабочий день Елена Волкова отправилась с нашей съемочной группой. Первым делом она планировала провести обход больницы, чтобы изучить состояние дел. Однако уже через пару минут после нашего появления в кабинет зашла руководитель кадрового отдела Минздрава Любовь Абрамова. Она разыграла настоящую театральную сценку, вручив Елене Волковой поочередно два приказа. О ее восстановлении на работу согласно решению суда, и о ее немедленном увольнении в тот же день.  Как обычно – без объяснения причин.


Елена Волкова тут же заявила, что  приказы считает незаконными, так как они фактически отменяют решение суда. После ухода Абрамовой. Волкова начала обход больницы. Оказалось, что почему-то именно в этот день многие из врачей получили неплановый отгул. Те из них, которые оказались на месте, дали понять, что ситуация в больнице по-прежнему сложная. Доходит до того, что в реаниматорской, где лечение проходят самые тяжелые больные, врачи вынуждены одноразовые резиновые перчатки использовать по несколько раз.


Признаков того, что конфликт будет урегулирован нет. Минздрав своей позиции не поясняет и наши журналистские запросы они проигнорировали. Мы до сих пор не знаем, по каким в действительности причинам была уволена Елена Волкова и почему в бюджете нет средств даже на покупку одноразовых перчаток для реаниматорской. Возможно, в Министерстве новым главным врачом видят ныне исполняющая обязанности главврача Елена Добровольская. Сейчас она работает по совместительству еще в двух лечебных учреждениях.


Но кто бы не выиграл в этой борьбе  -  проигравшими будут пациенты. Врачи занимаются борьбой за свои места, тем временем, когда они должны решать острые проблемы недофинансирования и нехватки кадров. В республике туберкулез становится все более устойчив к лекарствам. Уже более чем в 30 процентах случаев эта болезнь не поддается медикаментозному лечению. Если этот показатель еще увеличится, то дело, как уверяют врачи, может дойти до эпидемии.



Источник: http://udmurtia.tv/show/tuberkuleznaya-bolnica-izhevska-na-grani-krizisa

Молли Би-Дэм — проститутка с золотым сердцем


Ее настоящее имя — Мэгги Холл. Она родилась в Дублине в хорошей семье и получила отличное по тем временам образование. В 20-летнем возрасте в поисках приключений отправилась покорять Америку и поначалу устроилась в Нью-Йорке, но там таких, как она, был вагон и маленькая тележка. Мэгги, сменив имя на более звучное Молли, с трудом устроилась официанткой в бар, где и познакомилась с человеком по имени Бердан, отпрыском богатых родителей, его содержавших. Они поженились тайно, ибо Бердан боялся, как бы папаша, узнав о мезальянсе, не снял его с довольствия. Боялся не напрасно: папаша таки узнал и таки отказал в финансировании. Молли хотела было вернуться в бар, но у мужа были на нее другие виды. Несложно догадаться, какие: мерзавец принялся торговать собственной женой. Католический священник отказал бедняжке в отпущении грехов, и она сбежала на Запад, где продолжила грешить, правда, работая теперь уже на себя, а не на мужа-альфонса. В 1884 году — Молли был 31 год — она прочитала в газете о золотом месторождении, открытом в Мюррее (штат Айдахо), и направилась туда. В поезде Молли встретилась с другой знаменитой куртизанкой тех времен, Отчаянной Джейн. Дамы рассудили: вдвоем им в одном городке будет тесно. Они разделили сферы влияния, Молли поехала, как и собиралась, в Мюррей, а Джейн вернулась к себе в Дакоту.

Чтобы проделать последнюю часть пути там, где железной дороги уже не было, Молли купила лошадь и присоединилась к обозу. По пути начался сильный снегопад. Одна женщина, шедшая пешком с маленьким ребенком, начала замерзать, отставать и падать. Молли вытащила из сундуков свои меха и велела обозу ехать дальше, а сама осталась с этой женщиной и малышом в придорожной хижине, служившей приютом, где они переночевали, укрывшись шубами, а на следующий день добрались до Мюррея, где их уже не чаяли увидеть живыми.
Молодой ирландец с искрой в глазах спросил красавицу, как ее зовут. "Молли Бердан", — ответила та. "О, Молли Би-Дэм!" — воскликнул он, не расслышав (игра слов: получилось "Молли Будь-Ты-Проклята").
Молли открыла бордель. Заведение пользовалось огромным успехом — и не только из-за отсутствия конкуренции. Вот, например, как Молли принимала ванну, приурочивая представление (а это было именно представление) к дням больших выплат на рудниках и сопровождая большой рекламой. Она собирала гостей у себя во дворе, вытаскивала на улицу ванну и наполняла ее водой. "Мальчики" бросали в ванну монетки, и, когда дно оказывалось полностью ими покрыто, Молли раздевалась и залезала в ванну, где и сидела, болтая с восхищенной публикой обо всяких пустяках и обмениваясь непристойными шуточками. В качестве особой привилегии и за особую плату дозволяла какому-нибудь симпатичному старателю потереть себе спинку.
В свободное от работы время Молли помогала нуждающимся: кормила, лечила, утешала. И даже спасла город, когда в нем началась эпидемия оспы. Люди в испуге попрятались по домам, тогда Молли собрала городское собрание, где наорала на трусливых обывателей. Некоторым стало стыдно. По крайней мере, когда Молли и ее "девочки" оторвались от обычных занятий, переквалифицировавшись в медсестер, к ним присоединились и единственный в городе доктор, и О’Рурк, тот самый ирландец, с чьей легкой руки ее стали звать Молли Будь-Ты-Проклята, а позднее и другие. Они разбили полевой госпиталь, куда привозили больных и лечили их всем, что было под рукой. Моли работала с утра до ночи, забывая поесть и переодеться, падая с ног от усталости, не обращая внимания на холод.

И эпидемия отступила. Зато сама Молли заболела чахоткой и умерла в январе 1888 года в возрасте 35 лет. Даже после смерти католическая церковь, от которой ее отлучили еще в Нью-Йорке, не согласилась отпустить грехи, и поминальную службу провел методистский священник, навещавший Молли на смертном одре. В день похорон в городе были закрыты все увеселительные заведения. На похороны собралось несколько тысяч человек. Умирая, Молли попросила выбить на могильной плите ее настоящее имя — Мэгги Холл, что и было сделано. Но до сих пор в немногочисленных сохранившихся салунах Мюррея поют песни о Молли Би-Дэм — проститутке с золотым сердцем.

В Сычевке лечат серийных убийц, маньяков и террористов

 

Впервые за всю историю ее существования в Смоленской психиатрической больнице специального типа (ПБСТ) с интенсивным наблюдением, дислоцированной в Сычевке и считавшейся полусекретным учреждением, побывала группа журналистов.

Общаясь с пациентами психиатрической больницы, трудно поверить, что руки многих из них в буквальном смысле по локти в крови. Хотя они производят впечатление вполне милых и безобидных людей, на самом деле в их послужных списках не одно жестокое убийство. Один из этих «затейников» специализировался на изготовлении и продаже сувениров из черепов своих расчлененных жертв.

С этими больными, которых юристы стараются преступниками не называть, работают обычные граждане провинциального городка Сычевки, в котором расположено крупнейшее в России специализированное медицинское учреждение по излечению психических расстройств у серийных убийц, маньяков, насильников и обыкновенных воров. Работают без охраны - ежедневно встречаясь один на один с современными «раскольниковыми». А порой и становятся жертвами своих больных.

Во всей матушке России семь таких лечебных заведений. Самая крупная ПБСТ, на 1020 больных, специализирующаяся на излечении женщин, находится в Казани. За ней следует Смоленская «психиатричка» на 1000 пациентов. Везут сюда спецконтингент из 15 регионов бескрайней России. Треть больных составляют москвичи и жители Московской области, смолян, как правило, немного - от 10 до 20 человек.

Лет десять назад в Смоленской больнице находилось около 500 пациентов, сегодня она заполнена едва ли не «под завязку».

Через три зимы, через три весны...

В России существует четыре вида принудительного лечения: с интенсивным наблюдением, как в Сычевке, специализированное, общего типа и амбулаторное. Средний срок пребывания больных в Сычевке - 1000 дней.

После курса лечения в течение 4 лет больных-убийц уже без охраны, в сопровождении лишь сотрудников больницы, везут в медучреждения по месту жительства, в отделения специального типа. Смолян - в Гедеоновку. Потом их распределяют по общим отделениям, откуда им открыта дорога домой: при необходимости больные долечиваются амбулаторно.

Работа с риском для жизни

одержащегося здесь спецконтингента, входить на территорию, огороженную колючей проволокой, мягко говоря, не хочется. Но надо, сотрудникам больницы - ежедневно. По словам главврача больницы Геннадия Бабина, если бы для персонала больницы строили жилье, проблем с кадрами не было бы.

- Получая мизерные деньги, ежедневно рискуя головой, сюда приходят либо те, кому негде работать, либо лица, склонные к асоциальным поступкам. Мы их отсеиваем. Работу санитаров стимулируем, и они получают около 6 тысяч рублей.

Чрезвычайные ситуации в ПБСТ происходили всегда. В советское время, например, больной нанес женщине-врачу 12 ножевых ран. Ее удалось спасти. Весной 2007 года, о чем сообщал «РП», больной, вызвав по телефону только что устроившуюся на работу сестру-хозяйку к бывшему производственному помещению больницы, убил ее, расчленил тело, пробил бетонный пол и зарыл ее. Преступника вычислили, провели следствие и отдали под суд. Недавно решением суда он снова признан невменяемым. Вновь может оказаться в Сычевке.

В ноябре этого года больной одного из отделений захватил в заложницы работницу буфета и потребовал главврача. Пока руководитель учреждения прибыл на место, преступник заколотил дверь гвоздями и принялся избивать женщину молотком. Ее чудом успели спасти, а главный «герой» вскоре умер от пневмонии.

Захват заложника произошел и в ПБСТ Санкт-Петербурга. Сейчас совершивший это преступление больной находится в Сычевке.

Люди, работающие в таких учреждениях, заслуживают уважения, потому что для работы здесь требуется настоящее мужество, причем каждый день.

Перспективы

По Федеральной программе развития психиатрии на реконструкцию Смоленской ПБСТ в 2008 - 2011 годах ожидается выделение свыше 500 миллионов рублей. Предусматриваются строительство канализации, реконструкция корпусов и производство других работ.

Укрощение строптивых

При СССР, когда спецбольницы находились в ведомстве МВД, территорию Смоленской ПБСТ в 13 га караулила рота охраны внутренних войск. Надзор внутри помещений и отделений осуществляла рота контролеров. Даже явный отморозок при виде человека в форме в редких случаях рискнет напасть на безоружного человека в белом халате. А на случай ЧП имелась и вооруженная резервная группа.

Еще пять лет назад, когда больница была уже «под крылом» Минздрава, численность отдела охраны достигала 190 человек. В 2004 году было решено сэкономить на охране - сократили до 80 сотрудников... Теперь в смену на охрану больницы выходят всего 10 человек... для внешней охраны этого спец-учреждения, внутрь помещений они входить не имеют права. Никакого надзора за преступниками со стороны силовых структур теперь нет. Однако больные менее опасными не стали.

Как сообщил помощник начальника УФСИН России по Смоленской области по правам человека Константин Тюрин, психбольница является медицинским учреждением и ее пациенты не осужденные, а больные. Поэтому логичнее, если за пациентами будут надзирать милиционеры или внутренние войска.

Но пока нет ни того, ни другого, и защита сотрудников больницы от агрессии пациентов происходит в основном с помощью укрощающих их пыл уколов и... соблюдения инструкций.

Сергей Черный умер от пневмонии

Журналистам показали одно из одиннадцати отделений спецбольницы на первом этаже. А всего несколько лет назад на втором этаже этого здания содержался известный смоленский маньяк Сергей Черный, на личном счету которого было девять убитых девушек. По рассказам сотрудников больницы, Черный вел себя вызывающе, а порой и агрессивно. От него и его родственников в адрес персонала постоянно поступали угрозы. Однако вскоре Сергей Черный умер от столь популярной здесь пневмонии. Впрочем, по словам Геннадия Бабина, смертность в больнице невелика - в год умирают всего 6 - 8 пациентов.

- Наше отделение укомплектовано кадрами более-менее сносно. Здесь находятся вич-инфицированные больные, а потому персоналу выплачивается повышенная зарплата, - рассказал заведующий отделением Александр Лагуткин.

Из 45 положенных по штату санитаров (в каждую смену по 10 человек) на дежурство выходят трое. И эта тройка должна водить опасных больных в баню, на ежедневные прогулки, в туалет, в столовую, на процедуры...

- Между тем здесь проходят лечение люди, совершившие жестокие убийства и другие тяжкие преступления, которые должны сидеть в тюрьмах под усиленной охраной, - продолжает зав. отделением.

И если учесть, что пациенты отделения не только шизофреники, но и носители вич-инфекции, то служба в отделении очень опасна и трудна. Кстати, убивший и расчленивший сестру-хозяйку больной - «воспитанник» именно этого отделения. Он был направлен на лечение в Сычевку после совершения изнасилования. Долечиваться его отправили в 5-ю московскую психиатрическую больницу, в так называемые «Белые столбы». Там он напал на сотрудницу и... вновь оказался в Сычевке. Теперь ему готовы предоставить койку в отделении и стол в столовой. Кстати, далеко не каждый человек на воле имеет возможность питаться четыре раза в день, как здесь. В ежедневном рационе больных мясо, рыба, сливочное масло, 200 г молока. В буфете они могут купить колбасу, консервы, овощи, фрукты, сладости. Почти каждый из них получает пенсию по инвалидности. При желании хоть каждый день они могут встречаться с родными. Например, мать одного из пациентов сняла в Сычевке квартиру и почти все время проводит с сыном. Ее отпрыск, в прошлом школьный медалист, получивший красный диплом МГУ, работал брокером по продаже нефти в Тюмени. Имел квартиру в Москве, дачу, личные автомобили. Но у молодого человека «поехала крыша», и он убил сначала жену, потом падчерицу, ранил дочь. Теперь лечится. Из 70 больных, находящихся в отделении, около 90 процентов совершили убийства. Для некоторых это уже не первая ходка в «психиатричку». Один из таких, москвич, убил шесть человек, причем без особой мотивации. Его жертвой стал и арестованный в камере СИЗО.

Пообщаться с журналистами согласился 22-летний Сергей. С виду здоровый парень, но, по его словам, с 14 лет находящийся под пристальным наблюдением психиатров. В Сычевку попал за кражу колец у собственной матери. По информации сотрудников больницы, парень употреблял наркотики.

Друг Сергея совершал ритуальные убийства, извлекая у своих жертв сердце и другие органы. Вскоре, после суда, ожидается прибытие и этого «хирурга» в Сычевку.

В течение года в ПБСТ здесь содержался чеченский террорист, принимавший участие в организации взрывов, захвате заложников в культурном центре «Норд-Ост». Такие вот серьезные больные находятся под бдительным оком беззащитных медработников.

Начальник отдела охраны подполковник Сергей Зюкин сообщил журналистам, что проблемы с подбором кадров по усилению охраны и наблюдения нет - в Сычевке есть настоящие мужчины - и отряд из 300 человек будет создан незамедлительно. Для этого нужно лишь решение на высшем правительственном уровне.

Историческая справка

До 1918 года на территории Смоленской ПБСТ размещались сначала тюремный замок, потом арестный дом, затем - промкомбинат. 27 августа 1956 года сюда поступили первые четыре пациента с заболеваниями, вызванными травмами головного мозга, полученными в результате боевых действий. Главной задачей медицинского персонала лечебного учреждения стало принудительное лечение и снижение общественной опасности таких больных, большинство из которых совершили сверхтяжкие преступления. Среди них были маньяки и убийцы, отправившие в мир иной от 7 до 13 жертв.

Справка «РП»

Каждый проведенный в больнице день для одного пациента в среднем обходится в 400 рублей. Суточный рацион (медикаменты плюс питание) составляет 60 рублей.

Одна инъекция самого дорогого препарата, применяемого для лечения, стоит более 6 тысяч рублей. Курс такого лечения обходится почти в 40 тысяч «целковых». Применяемые препараты в основном импортные. На приобретение медикаментов в 2007 году пошло 27 миллионов рублей. Больница укомплектована 635 сотрудниками при штатном расписании свыше 1800 человек. Из 92 врачей работают 25. Медсестер - около половины. Санитаров - четверть от требуемого количества. Отделения больницы располагаются в старых, приспособленных для этих целей зданиях. Летом в ПБСТ вода бывает только ночью. Фекалии с территории психбольницы вывозятся машинами.

Василий Ганжала.